Кунгур Православный

Слово на начало Рождественского поста

butterfly — Mon, 29 Nov 2010 11:24:14 GMT

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

С нынешнего дня, братья и сестры – с завтрашнего утра, точнее, – вступаем мы в святой Рождественский пост, который будет продолжаться так же, как и пост предпасхальный, сорок дней. Казалось бы, долгий срок ожидания праздника Рождества Христова. Но время так быстротечно, так быстро оно проходит, что не успеем мы с вами и заметить, как минует и это постное время, и будем мы с вами слышать радостные рождественские песнопения, которые начнутся уже через неделю, в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы. И когда слышим мы всякий раз ежегодно это бодрое, радостное пение: «Христос раждается, славите!» – вновь воскресает в нашей памяти все доброе, лучшее, что было в нашей душе, и вновь мы переживаем как бы возрождение, светлые чувства, которые свойственны человеческому духу. Но вот чтобы не угасал в нас этот огонек, и дается нам святое постное время.

И вот давайте, братья и сестры, отрешимся на время от нашей повседневности, от наших забот, и подумаем о том, что именно в эти самые дни в то далекое время в древней Палестине, в холодное и там время года объявляется приказ кесаря: произвести перепись населения. И каждый должен покинуть свое жилище и идти туда, где некогда он родился – и старый, и молодой, и знатный, и незнатный. Хорошо тем людям, у которых крепкое жилище, хорошее хозяйство. Они привыкли жить год от года в одном и том же месте, – ну, подумаешь, придут, как сейчас говорят, «зарегистрируются», выпишут им подушный налог, и на этом все успокоится. А ведь Иосиф праведный, Обручник Девы Марии, которая была уже на девятом месяце в ожидании Младенца, жил в выселках! Назарет – это был поселок, где жила беднота. Иосиф был всегда нагружен работой, потому что всем нужно строить дом, – он был плотник, умел делать разные хозяйственные вещи, которые необходимы и для строительства дома, и для обихода домашнего: ведь даже для того, чтобы погрузить на <5> осла какой-то груз, и то нужны какие-то особые козелки, чтобы положить животному на спину. А там нужно поправить черенок для земледельческого орудия, а там соорудить младенцу колыбель, – и вот так день ото дня он трудился своими руками, со старшими своими сыновьями, чтобы заработать себе на пропитание, и каждый день ему был дорог, потому что давал ему тот малый заработок, необходимый ему для прожития.

И вот он должен был оставить этот свой домашний очаг, взять свою юную – подумайте, Она была еще совсем-совсем девочкой! – Марию, обрученную ему невестой, и идти по горным дорогам, преодолевая скользкие горные тропинки, – только для того, чтобы записаться, чтобы и ему определили налог на его труд, чтобы и ему войти в перечень людей, подчиненных Риму. Отказаться было невозможно, и вот собирает он небольшой узел какой-то пищи на дорогу, по-видимому, берет что-то и для будущего Младенца, и вот, идут они и день, и другой, и третий – так, мысленно представьте себе, что значит идти в последний срок матери, ожидающей ребенка! – по неустроенным каменистым горным дорогам, где-то, может быть, скользя, где-то спотыкаясь, может быть, даже и раня свои ножки о камень острый, о колючки, какие попадаются на дороге.

И приходят они в Вифлеем, стучатся в один дом, в другой, и никто их не пускает, потому что все уже переполнено и никто не хочет брать себе лишнюю заботу, ибо что значит пустить к себе семью, у которой вот-вот родится младенец? – Это заботы, это новый крик младенца, это страдания и муки рождающей матери… И уходят они на окраину Вифлеема, и там в горной пещере, где скот укрывался от непогоды, рождается на свет Богомладенец Господь Иисус Христос. Бог, для которого нет ни слова, ни понятия, ни представления нашего, становится человеком, воспринимая в Себя человеческое естество! Есть такое выражение: «самоуничижение Божества». Господь ограничивает Себя для того, чтобы приблизиться к нам. Трудный путь был у Девы Марии, ставшей Матерью Богомладенца, но подумаем и сами, сколько надо было божественной любви, чтобы не силой, не властью, не суровыми мерами попытаться исправить человека, – а унизить себя, умалить до человеческого естества! Это один из труднейших и самых сложных, может быть даже, богословских вопросов, и многие отцы объясняли его, но понять может только тот, кто сам в душе своей, в чистом сердце переживет эту великую «благочестия тайну». Апостол Павел говорит: «Великая благочестия тайна: Бог явился во плоти» (1 Тим. 3, 16). Нет слов, чтобы измерить глубину этого события. Мы можем видеть только его отражение.

Сегодня мы вспоминали апостола Филиппа, который однажды сказал Господу Иисусу Христу в простоте своего сердца: «Покажи нам Отца! Ты говоришь, что Ты – Сын Божий? Покажи нам Отца!» И Христос ему кротко ответил: «Что ты говоришь, Филипп, не зная того, что говоришь? Кто видел Меня, тот видел Отца. И как ты после этого можешь говорить "покажи нам Отца”?» ( См.: Ин. 14, 8-9) А что показал Христос? – Он показал в уничиженном облике утомление, самообладание духа и великую силу слова и действия. Вот, братья и сестры, и мы – кто из нас дерзнет просить Бога показать Его Божество? Великим праведникам это было недоступно, но каждый из них ощутил это в своем сердце, – и лицо его просияло, как у преподобного Серафима, и действия его были ясными для всех, и сила чудотворений велика.

И каждый из нас, братья и сестры, может ощутить в своем сердце силу Божию, и увидеть Бога, не прямо лицом к лицу, а в отражении, отраженным в своем сердце, в своей душе. И это не метафора, не праздный разговор, это то, что в действительности пережил опыт Церкви. Апостол Павел говорит: «Когда я немощен, тогда я силен. Сила Божия в немощи совершается» (2 Кор. 12, 10). И потому и Церковь наша, проходящая свой исторический путь все время в тяжких испытаниях, так изобилует и святыми иконами, и святыми людьми, – потому что в них отражается подлинное величие, подлинная сила Божия.

Чего же пожелать нам с вами? Я думаю, что каждый из нас, задумавшись, скажет: «Пусть в моем сердце отразится сила Божия!» Пусть в затуманенном, и иногда даже совсем помраченном душевном нашем устроении – но Сам, Боже, очисти, и Сам отразись, и Сам покажи Свое величие. Кто сейчас может говорить о величии, о славе? Никто из нас не дерзнет говорить об этом. Но именно так, в уничижении, в душевном нашем смирении отражается сила Божия. Вспомним, что и Господь ограничил Себя, вспомним, что и Матерь Божия преодолела трудности пути, вспомним, что Христос прошел этими же горными тропами от рождения до Голгофы, до креста. И все же сила Божия восторжествовала над немощью человеческой. Так и нам сейчас, в эти предпраздничные, предрождественские дни как можно больше нужно задумываться об этой «великой благочестия тайне» и – о самих себе. И каждый день начинать и каждый вечер заканчивать молитвой к Богу, чтобы дал Он нам радость ощутить Его Божество.

Есть старое богословское выражение «ощущение Божества». Не понимание, не размышление только – а именно духом своим ощутить то приближение к нам силы Божией, которое дается каждому ищущему. Господь говорит: «Вот Я стою постоянно у дверей вашего сердца и стучу. И тот, кто откроет Мне, к тому Я войду и разделю с ним трапезу» (См.: Откр. 3, 20). Задумаемся над этими словами святого Иоанна Богослова. Задумаемся над тем, где «двери нашего сердца». Как их найти? Как их открыть? – Чтобы подлинно праздник Рождества Христова был для нас днем нашего духовного просветления, возрождения, озарения, света и радости.

И кроме того хочу сказать вам, что эта неделя требует от всех нас и от вас каждого особо усердной молитвы. Во вторник начинается Собор епископов Русской Православной Церкви. Трудное для Церкви и для всего Отечества время. Трудная возложена миссия на Церковь: быть той силой возрождения, которой все ждут – что Церковь совершит чудо и укрепится наша держава. Но только подвигом и молитвой способна Церковь этого достичь. Будут обсуждения, будут доклады. Основная тема – духовное просвещение народа. Но столько трудностей предстоит на этом пути, что никакой силой человеческой решить этих трудных задач мы не в состоянии. Только надежда на милость Божию, на благодать Божию, которая позволит и собравшимся епископам произнести мудрое слово, и воплотить его в жизни каждого на своем месте. Одни епископы сделать ничего не могут. Нужен народ Божий, который поддерживает их своими молитвами, как крепкими-крепкими добрыми руками. Поэтому прошу всех вас каждое утро и каждый вечер, завершая день, просить у Бога мудрости Собору архиереев решить то, что полезно для Церкви, и чтобы Господь помог эти полезные решения потом воплотить в жизнь.

И да поможет нам Господь и Царица Небесная в этом нашем совместном подвиге стояния у дверей своего сердца. Аминь.

28 ноября 1994 года

13 июня 2010 -Начало Петрова поста. Как нам его провести?

butterfly — Mon, 31 May 2010 11:56:48 GMT

Прежде всего, Петровым Постом надо чаще ходить в церковь и участвовать в богослужении. Нельзя извинять себя различными личными обстоятельствами, возможностями и невозможностями. Конечно, никто не может посещать все постные богослужения. Но каждый может быть хотя бы на некоторых из них. В первую очередь - это субботние и воскресные службы. В течение Поста необходимо, чтобы хоть один день был посвящен Таинствам Исповеди и Причащения. Тут не могут быть убедительны никакие ссылки на условия жизни, недостаток времени и прочее. Все зависит только от серьезности нашего отношения к религии. Пост длится от одной до шести недель, и для того, чтобы хоть несколько раз за это время прийти в храм, нужно минимальное усилие. Но, лишая себя этих нескольких раз, мы лишаем себя не только красоты и глубины православных богослужений, но и того, что придает нашему пощению смысл, делает его действенным.

Нет Поста без пощения. Однако воздержание от животной пищи (мяса, масла, сыра, яиц и др.) не является исключительно христианской практикой: оно есть в других религиях, этими вопросами занимается диетология, наконец люди могут «поститься» и по экономическим причинам... В чем же особенность поста христианского? Пост как физическое лишение или ограничение пищи совершенно бесполезен без его второй, духовной, составляющей. В таком его понимании самыми большими постниками являются демоны: они вообще не едят и не пьют...Духовная сторона поста состоит в том, чтобы мы весь наш постный подвиг сосредоточили на Боге, устремили к Нему.

Мы должны поститься ради Бога. Мы должны через облегчение для тела ощутить Его присутствие в своей душе. Постом и молитвой изгоняется из нас все недоброе и нечистое. Однако здесь важно трезво рассчитать свои духовные силы и физические возможности, чтобы, не начав чрезмерно строго поститься, затем по немощи и вовсе оставить пост. Каждый, хоть раз испытавший на себе постную практику, знает, что разумный пост не ослабляет нас, а создает легкость, собранность, трезвость, радость и чистоту.

Наконец, от нас требуется образ жизни, который не был бы противоположностью Посту. В прежние времена в православных странах само общество создавало великопостную атмосферу, подчиняясь известному ритму жизни, определенным правилам: об этом напоминал особый, постный звон церковных колоколов, закрыты были все увеселительные заведения, прекращались великосветские приемы. Мы не живем в православном обществе. Мир, в котором живем мы, мир, окружающий нас, не меняется во время Поста. Поэтому от нас требуется особое усилие, необходимо еще раз обдумать взаимосвязь между внутренней религиозной жизнью и ее внешними проявлениями. В первую очередь это касается семьи. Именно дома, в семье, а не в школе и даже не в церкви образуется основа, стержень мировоззрения человека, что особенно важно для детей. И первый постный обычай, который должен прививаться в семье, - это решительное прекращение просмотра телепрограмм и слушания радио. Наша жизнь переполнена информацией, весь мир входит в наши дома с экранов телевизоров. И мало-помалу элементарный опыт внутренней жизни, красота реального мира просто исчезают, человек становится неспособен наслаждаться тишиной, теряет способность к молитвенной сосредоточенности, да и к молитве вообще. Но тишина, созданная отсутствием светского шума, не должна быть пустотой. Душа наша питается молитвой, но и разум тоже нуждается в пище. Было бы хорошо заранее наметить для себя список книг, которые полезно было бы прочитать. Церковь Постом ждет от нас обогащения нашего духовного и умственного внутреннего мира. Чтение и духовное размышление дают человеку возможность обрести этот внутренний мир и его радость.

Что касается долгих часов, проводимых во время Поста вне дома, тут нельзя дать никакого определенного рецепта. Надо только помнить, что Пост - это и время искания смысла: профессиональной жизни, отношений с другими людьми, смысла жизни. И если наша вера имеет какое-либо значение, она должна быть соотнесена с жизнью во всех ее сложностях.

СВЕТЛАЯ ПАСХА

butterfly — Tue, 06 Apr 2010 10:53:09 GMT

ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ,братья и сестры!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Новые анкеты в разделе -православные знакомства на ФОРУМЕ сайта))))

butterfly — Wed, 31 Mar 2010 10:28:45 GMT

Новые анкеты в разделе -православные знакомства на ФОРУМЕ сайта))))

Великая суббота

butterfly — Wed, 31 Mar 2010 09:51:05 GMT

Суббота Страстной недели посвящена воспоминанию о пребывании Иисуса Христа во гробе и сошествии его в ад для избавления душ умерших, а также приготовлению к Пасхальным торжествам, празднуемым в ночь с субботы на воскресенье.

В Великую субботу Православная Церковь воспоминает погребение и пребывание во гробу Спасителя, сошествие Христа во ад и освобождение Им душ всех находившихся там праведников. Великая Суббота - время великого покоя, радостного и сосредоточенного ожидания воскресения Христова, победы над грехом и смертью.

Ветхозаветная суббота, соблюдать которую строго предписывалось иудеям, была образом этой преблагословенной субботы.

Этот благословенный покой не то же самое, что безделье. Церковь призывает в этот день оставить всю человеческую суету, вообще забыть о себе, все свои чувства и мысли посвятить ожиданию великого чуда Воскресения, впустить в свою душу светлую тишину, в которой без помех будет слышен радостный возглас: «Христос воскресе!»

Богослужения Великой субботы особенно продолжительны и насыщены, в них уже чувствуется пока еще тихая, сдержанная, но уже несомненная радость грядущего Воскресения. Службы этого дня также отличаются необычайной поэтической и богословской глубиной, раскрывающей тайну спасения человека. Главная их тема - сошествие Христа во ад.

Грех Адама искорежил человеческую природу и сделал ее смертной. Смерть - следствие греха. Соответственно, область, в которую попадали души всех умерших, оказалась во власти зла. До сошествия Христа во ад, туда попадали даже души праведных. Воплотившись, Бог исцелил всю человеческую природу, приобщив ее к божественной. Став сопричастником смерти, Он освободил от тления и самую последнюю трагическую область бытия человека. Приняв смерть, Христос, как всякий человек, сошел душой в ад, но, как Бог, разрушил эту твердыню смерти. Сатана, великий обманщик, сам обманулся, не узнав Того, Кто пришел в этот день в его царство.

Диавол полагал, что Христос лишь человек и наступил момент небывалого торжества зла: Мессия, посланный Богом и столько веков ожидаемый человечеством, не только не основал Своего царства, но и был отвергнут народом, предан на самую позорную и мучительную казнь, - вот сейчас и Он попадает под власть ада. Но лукавый вновь был побежден и посрамлен: Христос входит в ад не только как человек, но и как Бог; не как раб смерти и тьмы, но как Господь жизни и света. И смертная темница разрушилась от полноты божественного бытия, мрак рассеялся от нетленного света.

Церковные песнопения, стихиры Великой субботы так описывают это вселенское события. Интересно, что речь в них ведется от лица поверженного ада: «Ад, ныне стеная, вопиет: разрушилась моя власть, принял Мертвого как одного из умерших, и не могу удержать Его нисколько, но лишаюсь вместе с Ним тех, над кем царствовал; я владел мертвецами от века, но Сей их всех воздвигает... лишился я тех, над кем царствовал; кого сумел поглотить, - изблевал; опустошил гробницы Распятый, изнемогает владычество смерти».

Авторы этих стихир используют смелую и точную, хотя и несколько режущую утонченный слух современного читателя поэтическую метафору: аду, воплощению смерти и пустоты, стало нестерпимо тошно от прихода Христа, полноты жизни, и он изверг все порабощенные им души праведников. Мрак и зло не терпят света и правды, и, если только до конца, честно и последовательно, допустить в свою жизнь Бога и самому сделать шаг Ему навстречу, пустота, пошлость и греховность бессмысленного существования (по сути дела, ад, который человек носит в себе) уступят место подлинной жизни во Христе и бесконечной пасхальной радости.

Церковь использует еще одну метафору для описания чуда схождения Христа во ад. Спаситель сходит в преисподнюю как победитель, захвативший хорошо укрепленную крепость и освободивший томившихся там пленных. Этот образ особенно показательно виден на иконе «Схождение Христа во ад». Христос врывается в глубины ада, так стремительно, что края Его одежд развеваются в воздухе, под ногами Его разломанные ворота ада. Фигура Христа окружена ореолом - сиянием славы, «светоносной благодати», разогнавшим беспросветную тьму.

Спаситель буквально вырывает за руки из могил Адама и Еву; множество других праведников, немного даже ошеломленных неожиданным освобождением, глядят на Христа и делают к Нему первое робкое движение. Устремление этих людей к истинному Богу, добру и свету, не погибло и в царстве смерти, и Христос выведет их из ада, как и любого человека, обратившегося к Нему. «Ныне ад, стеная, вопиет: лучше было бы мне, если бы не принял Рожденного от Марии: Он пришел [войной] на меня, разрушил мою державу, сокрушил медные врата [ада], души, которые я удерживал прежде, Он, Бог, воскресил», - поется еще в одной стихире Великой субботы.

Мотивы грядущей пасхальной радости слышатся уже на утрени Великой субботы, на службе Погребения Господа Иисуса Христа. Скорбные песнопения в воспоминание о недавней крестной смерти Христа, еще звучат, но в них уже твердая вера в грядущее воскресение. Плащаница, изображающая Христа во гробе, при пении: «Святый Боже»... выносится священнослужителями из храма и крестным ходом обносится вокруг храма в воспоминание сошествия Иисуса Христа во ад и победы Его над адом и смертью. Затем, по внесении Плащаницы в храм, она подносится к открытым царским вратам, в знамение того, что Спаситель неразлучно пребывает с Богом Отцом и что Он Своими страданиями и смертью снова отверз нам двери рая. Входя в двери храма, верующие уже слышат чтение пророчества Иезекииля (Иез. 37, 1-14) о грядущем всеобщем воскресении. Затем в церкви читаются отрывки из посланий апостола Павла, призывающие людей очистить свои души в преддверии новой Пасхи, Воскресения Христова, и Евангелие о безумных первосвященниках и фарисеях, убедивших Пилата поставить стражу у гробницы Спасителя, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых (Мф. 26, 64). Тем самым, вопреки своему замыслу, они сделали стражу свидетелями Воскресения Христова, еще более подтвердив несомненность чуда.

Евангелие о самом Воскресении будет прочитано (а оно читается в Церкви только раз в году) уже на литургии Великой субботы. До светлого Воскресения Христова останется только несколько часов радостного ожидания праздника.

На утрени Великой Субботы плащаница обносится вокруг храма, подносится к открытым царским вратам и возвращается на «гробницу» посреди храма. Литургия в этот день бывает позже, чем обычно, и соединяется с вечерней. На службе читаются пятнадцать паремий, повествующих о ветхозаветных пророчествах о спасении людей крестной смертью Спасителя.

Незадолго до полуночи во всех храмах служится полунощница, на которой плащаницу уносят в алтарь и полагают на престол.

Пасхальную утреню, торжественное богослужение, посвященное воскресению Христа, обычно начинают в полночь.

В течение Великой Субботы в храмах обычно происходит освящение пасхальной пищи — яиц, куличей, творожных пасок (хотя, согласно букве Устава, оно должно совершаться после пасхальной литургии).

Великая пятница

butterfly — Wed, 31 Mar 2010 09:47:58 GMT

Великая Пятница – самый скорбный день в году.

В Великую пятницу воспоминаются Крестные страдания и смерть Господа Иисуса Христа.

Утреня Великой пятницы служится в четверг вечером - читаются Двенадцать Евангелий, повествующих о страданиях Христовых.

Великая пятница, когда умер на кресте Спаситель, – это тот день в году, когда не служится Божественная Литургия: она считается совершенной Христом на Кресте. Вместо Литургии совершаются Царские Часы – чтение в храме перед Крестом псалмов и Евангелия о страстях Господних.

Пятница – день крестной смерти Христа – постный в течение всего года, в саму же Великую Пятницу соблюдается строгий пост: по уставу в этот день вкушать пищу могут только больные и дети и только после захода солнца. Однако в связи с тем, что служба вечерни совершается днем в пятницу, во многих храмах дозволяется вкушать пищу после службы выноса Палащаницы.

Вынос Плащаницы – иконы Христа, лежащего во гробе – совершается, как правило, днем. Примерно в два или три часа дня плащаницу выносят из алтаря и устанавливают в центре храма – во «гробе» – возвышении, украшенном цветами.

«Перед нами гроб Господень. В этом гробе человеческой плотью предлежит нам многострадальный, истерзанный, измученный Сын Девы. Он умер; умер не только потому, что когда-то какие-то люди, исполненные злобы, Его погубили. Он умер из-за каждого из нас, ради каждого из нас. Скажете: как мы за это ответственны - мы же тогда не жили?! Да, не жили! А если бы теперь на нашей земле явился Господь - неужели кто-нибудь из нас может подумать, что он оказался бы лучше тех, которые тогда Его не узнали, Его не полюбили, Его отвергли.

Те люди, которые тогда это совершили, были действительно страшны, но нашей же посредственностью, нашим измельчанием. Они такие же как мы; их жизнь слишком узкая для того, чтобы в нее вселился Бог; жизнь их слишком мала и ничтожна для того, чтобы та любовь, о которой говорит Господь, могла найти в ней простор и творческую силу. И эти люди, подобно нам, это сделали. "Подобно нам", потому что сколько раз в течение нашей жизни мы поступаем как тот или другой из тех, которые участвовали в распятии Христа. Посмотрите на Пилата: он старался сохранить свое место, он старался не подпасть под осуждение своих начальников, старался не быть ненавидимым своими подчиненными, избежать мятежа И хотя и признал, что Иисус ни в чем не повинен, а отдал Его на погибель.» – проповедует митрополит Антоний Сурожский.

Песнопения Вечерни посвящены страданиям и смерти Христовым. После малого повечерия с чтением канона о распятии Господнем и на плач Пресвятой Богородицы – во время службы утрени Великой Субботы совершается Крестный ход с пением погребального «Святый Боже…»: Святая Плащаница обносится вокруг храма. По окончании чина погребения Плащаница полагается на середину храма для поклонения священнослужителей и богомольцев.

Предательство Иуды

Архиеп. Аверкий (Таушев): Евангелист Матфей рассказывает нам о дальнейшей участи Иуды предателя. "Видев Иуда, предавая Его, яко осудишь Его, раскаялся возврати тридесять сребреники архиереем и старцем" — возможно, конечно, что Иуда не ожидал смертного приговора для Иисуса или вообще, ослепленный сребролюбием, не думал о последствиях, к которым приведет его предательство.

Когда же его Учитель был осужден, в нем, уже насытившемся обладанием сребрениками, вдруг проснулась совесть: пред ней предстал весь ужас его безумного поступка. Он раскаялся, но, к несчастью для него, это раскаяние было соединено в нем с отчаянием, а не с надеждой на всепрощающее милосердие Божие. Это раскаяние есть только невыносимое мучение совести, без всякой надежды на исправление, почему оно бесплодно, бесполезно, почему и довело Иуду до самоубийства. "Возвратил тридцать сребреников" — то, что еще недавно казалось для него таким заманчивым, теперь, когда совесть заговорила, показалось для него отвратительным. Таков и всякий грех вообще. Ему надо было бы не сребреники повергать перед первосвященниками, а самому повергнуться перед Господом Иисусом Христом, умоляя Его о прощении своего греха, и тогда он, конечно, был бы прощен.

Но он думает без помощи свыше, одними своими силами как-то поправить сделанное: возвращает сребреники, свидетельствуя при этом: "Согрешил, предав кровь неповинную". Это свидетельство, по словам св. Златоуста, умножает вину и его и их, первосвященников: "Его — потому, что он не раскаялся, или раскаялся, но уже поздно, и сам произнес осуждение для себя, ибо сам исповедал, что предал Господа напрасно; их вину умножает потому, что они, тогда как могли раскаяться и переменить свои мысли, не раскаялись". Бессердечно, холодно и насмешливо отнеслись они к Иуде: "Что нам до того? Смотри сам". Это указывает на их крайнее нравственное огрубение. "И бросив сребреники в храме, он вышел: пошел и удавился". Не взятые ими из его рук деньги он бросил в храме, думая, может быть, этим успокоить мучения совести, но напрасно: мучения эти довели его до такого отчаяния, что он пошел и повесился, после чего, вероятно, упал с той высоты, на которой висел, так как Ап. Петр в кн. Деяний (1:18) свидетельствует, что "Когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его".

При всей своей развращенности, первосвященники признали все-таки невозможным употребить эти деньги в пользу храма — "Вложить их в корвану", то есть в сокровищницу церковную, так как это была "Цена крови". Впрочем, вероятно, они основывались на Втор. 23:18, и в этом случае обнаружилось их крайне злое чувство в отношении к Господу Иисусу Христу, как обнаружилось оно и в том, что они оценили предательство Его 30-ю сребрениками. Поразительно ярко характеризует фарисеев это стремление исполнить менее важный закон, нарушив более важный — не осуждать невинных. "Купила на них село скудельниче" — поле известного горшечника, ни на что негодное, так как там копалась глина и обжигались горшки, "В погребение странников" — иудеев и прозелитов, в огромном количестве собиравшихся в Иерусалиме на праздник Пасхи и другие большие праздники. Тогда сбылось сказанное Иеремиею пророком: и прияв тридесять сребреник, цену Цененного, его же оценили сыны Израилевы: "И дали за землю горшечника". Ничего похожего на эти слова у пророка Иеремии мы не находим: единственное место в 32:7 говорит вообще о факте покупки поля. Возможно, что эта вставка позднейшего переписчика.

Путь на Голгофу

О крестном пути Господа повествуют все четыре Евангелиста. Первые два — св. Матфей и св. Марк — говорят о нем совершенно одинаково. "И когда насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу и одели Его в одежды Его, и повели Его на распятие. Выходя, они встретили одного Киринеянина, по имени Симона; сего заставили нести крест Его". Св. Иоанн говорит совсем коротко, ничего не упоминая о Симоне Киринейском. Подробнее всех говорит св. Лука. Как сообщает об этом св. Иоанн и как это вообще было принято с осужденными на смерть через распятие, Господь Сам нес Свой крест на место казни. Но Он был так истомлен и Гефсиманским внутренним борением, и без сна проведенной ночью, и страшными истязаниями, что оказался не в силах донести крест до места назначения. Не из сострадания, конечно, но из желания скорее дойти, чтобы завершить свое злое дело, враги Господа захватили по пути некоего Симона, переселенца из Киринеи, города в Ливии на северном берегу Африки к западу от Египта (где жило много евреев, издавна туда переселившихся), и заставили его понести крест Господа, когда он возвращался с поля в город. Св. Марк добавляет, что Симон был отцом Александра и Руфа, известных потом в первенствующей христианской церкви, о которых упоминает в посл. к Римл. 16:13 св. Ап. Павел.

Св. Лука добавляет, что "шло за Ним великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нем". Не только враги, но и почитатели Господа, сострадавшие Ему, шли за Ним. Несмотря на обычай, согласно которому запрещалось преступнику, ведомому на казнь, выражать сочувствие, бывшие в этой толпе народа женщины громко, рыданиями изъявляли свое сострадание Господу. Выраженное ими сострадание было столь глубоко и искренно, что Господь счел нужным отозваться и обратился к ним с целою речью, надо полагать, в то время, когда произошла остановка в шествии при возложении креста Христова на Симона Кириниянина. "Дочери Иерусалимские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших"... "Дочери Иерусалимские" — ласковое обращение, указывающее на благорасположение Господа к этим женщинам, выражавшим Ему такое трогательное сочувствие. Господь как бы забывает о предстоящих Ему страданиях, и духовный взор Его обращается к будущему избранного народа, к тому страшному наказанию, которое постигнет его за отвержение Мессии. "Плачьте о себе и о детях ваших" — в этих словах Господь предупреждает их о бедствиях, имеющих постигнуть их и детей их.

Тут Он как будто имеет в виду ту страшную клятву, которую так легкомысленно навлекли на себя иудеи, кричавшие: "Кровь Его на нас и на детях наших" (Матф. 27:25). "Се, дни грядут"... — приходят, приближаются дни страшных бедствий, когда высшее благословение чадородия превратится в проклятие, и будут считаться блаженными те, которые считались раннее находящимися под гневом Божьем, как неплодные, не рождающие. "Тогда начнут говорить горам: падите на нас!" — столь велики будут бедствия. Речь здесь идет, несомненно, о разрушении Иерусалима Титом в 70-м году по Р. Хр.

Распятие

Согласно повествованию всех четырех Евангелистов, Господа привели на место, называемое Голгофа, что значит:"лобное место", и там распяли Его посреди двух разбойников, о которых св. Лука сообщает, что их тоже вели на смерть вместе с Ним."Голгофа", или "лобное место", — это был небольшой холм, находившийся в то время вне городских стен Иерусалима к северо-западу. Неизвестно точно, почему этот холм носил такое название. Думают, что или потому, что он имел вид черепа, или потому, что на нем находилось много черепов казненных там людей. По древнему преданию, на этом же самом месте был погребен прародитель Адам. Св. Ап. Павел в послании к Евреям 13:11-12 указывает на особое значение того, что "Иисус пострадал вне врат". Когда Иисуса привели на Голгофу, то давали Ему пить, по св. Марку 15:23, вино со смирною, а по святому Матфею 27:34, уксус, смешанный с желчью. Это — напиток, одуряющий и притупляющий чувство, который давали осужденным на казнь через распятие, чтобы несколько уменьшить мучительность страданий. Римляне называли его "усыпительным". По свидетельству еврейских раввинов, это было вино, в которое подбавлялась смола, благодаря чему вино помрачало сознание осужденного и тем облегчало для него муки. Смирна — один из видов смолы, почему ее и указывает св. Марк. Приправа вина смолой давала крайне едкий и горький вкус, почему св. Матфей называет ее "желчью", а вино, как очевидно уже скисшее, называет "уксусом". "И, отведав, не хотел пить" — желая претерпеть всю чашу страданий до конца, в полном сознании, Господь не стал пить этого напитка.

"Был час третий, и распяли Его" — так говорит св. Марк (15:25). Это как будто противоречит свидетельству св. Иоанна о том, что еще в шестом часу Господь был на суде у Пилата (Иоан. 19:14). Но надо знать, что по примеру ночи, делившейся на четыре стражи, по три часа в каждой, и день делился на четыре части, называвшиеся по последнему часу каждой части: час третий, час шестой и час девятый. Если предположить, что окончательный приговор был произнесен Пилатом с лифостротона по истечении третьего часа по иудейскому счету, то есть, по теперешнему времени — в 9 с небольшим часов утра, то св. Иоанн вполне мог сказать, что это был час шестой, ибо начиналась вторая четверть дня, состоявшая из 4-го, 5-го и 6-го часов, которая у евреев называлась по своему последнему часу шестым часом. С другой стороны, св. Марк мог сказать, что это был час третий, потому что шестой час, в смысле второй четверти дня еще только начинался, а истек лишь третий час, в смысле первой четверти дня.

"И распяли Его" — кресты бывали различной формы и распинали по-разному, иногда пригвождая ко кресту, лежащему на земле, после чего крест поднимали и водружали в земле вертикально; иногда же сперва водружали крест, а потом поднимали осужденного и пригвождали его. Иногда распинали вниз головой (так распят был, по собственному желанию, св. Ап. Петр). Руки и ноги иногда пригвождались гвоздями, иногда только привязывались. Тело распятого беспомощно свешивалось в ужасных конвульсиях, все мускулы сводила мучительная судорога, язвы от гвоздей, под тяжестью тела, раздирались, казненного томила невыносимая жажда, вследствие жара от гвоздичных язв и потери крови. Страдания распятого были столь велики и невероятно мучительны, а к тому же и длительны (иногда распятые висели на крестах, не умирая, по трое суток и даже более), что казнь применялась лишь к самым большим преступникам и считалась самой ужасной и позорной из всех видов казни. Дабы руки не разорвались преждевременно от ран, под ноги иногда прибивали подставку-перекладину, на которую распинаемый мог встать. На верхнем, оставшемся свободном конце креста, прибивалась поперечная дощечка с написанием вины распятого.

Среди неописуемых страданий Господь не оставался совершенно безмолвным: Он семь раз говорил с креста. Первыми Его словами была молитва за распинателей, вторыми словами Своими Он удостоил благоразумного разбойника райского блаженства, третьими словами — поручил Свою Пречистую Матерь св. Ап. Иоанну, четвертые слова Его — возглашение: "Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?", пятое слово — "Жажду", шестое — "совершилось", седьмое — "Отче, в руки Твои предаю дух Мой".

Первыми словами Господа была молитва за распинателей, которую приводит св. Лука (23:34): "Отче! Прости им, ибо не ведают, что творят". Никто из распинавших Христа не знал, что Он — Сын Божий. "Ибо, если бы познали, то не распяли бы Господа славы" (1 Кор. 2:8), говорит св. Ап. Павел. Даже и иудеям св. Ап. Павел говорил в своей второй проповеди при исцелении хромого: "Вы, как и начальники ваши, сделали это по неведению" (Деян. 3:17). Римские воины, конечно, не знали, что они распинают Сына Божия; осудившие на смерть Господа иудеи до такой степени были ослеплены в своей злобе, что действительно не думали, что они распинают своего Мессию. Однако, такое неведение не оправдывает их преступления, ибо они имели возможность и средства знать. Молитва Господа свидетельствует о величии Его духа и служит нам примером, чтобы и мы не мстили своим врагам, но молились за них Богу.

"Пилат же написал надпись"... Св. Иоанн свидетельствует о том, что по приказу Пилата написана была дощечка с указанием вины Господа, как это было обыкновенно принято (Иоан. 19:19-22). Желая еще раз уязвить членов синедриона, Пилат приказал написать: "Иисус Назарянин Царь Иудейский". Так как члены синедриона обвиняли Господа в том, что Он присвоил Себе царское достоинство, то Пилат и приказал написать эту Его вину, в посрамление синедриону; царь иудейский распят по требованию представителей народа иудейского. Вопреки обычаю, надпись была сделана на трех языках: еврейском местном, национальном, греческом — тогда общераспространенном и римском — языке победителей. Цель этого была та, чтобы каждый мог прочесть эту надпись. Не думая о том, Пилат исполнил этим высшую промыслительную цель: в минуты самого крайнего Своего унижения Господь Иисус Христос на весь мир был объявлен Царем. Обвинители Господа восприняли это, как злую насмешку, и требовали, чтобы Пилат изменил надпись, но гордый римлянин резко отказал им в этом, дав почувствовать им свою власть.

"Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий"... Римский закон отдавал в собственность воинов, совершавших казнь, одежды распинаемых. Совершавших распятие, по свидетельству Филона, бывало четверо. Св. Иоанн, подробнее других рассказывающий о разделении одежды Господа, так и говорит, что верхнюю одежду воины разорвали на четыре части, "Каждому воину по части", а нижняя одежда — хитон — была не шитая, а тканная, или вязанная сверху, то есть начиная с отверстия для головы вниз. Если разорвать такой хитон, то части его не будут иметь никакой ценности. Поэтому о нем был брошен воинами жребий, для того, чтобы он достался одному в целом виде. По преданию, этот хитон был выткан Пречистою Матерью Божьею. Делая это, воины бессознательно, конечно, исполнили древнее пророчество о Мессии из Псалма 21:19, которое и приводит св. Иоанн, повествуя об этом: "Разделили ризы Мои между собою, и об одежде Моей бросали жребий".

Далее первые три Евангелиста повествуют о насмешках и хулениях, которым подвергали Господа как воины, так и проходящие враги Его из народа, а особенно, конечно, первосвященники с книжниками, старейшинами и фарисеями. Хуления эти имели одну общую основу в сопоставлении прошедшего с настоящим. Вспоминая все то, что в прошлом говорил Господь и делал, они указывали на теперешнюю Его беспомощность и насмешливо предлагали Ему совершить явное для всех и очевидное чудо — сойти с креста, обещая, лицемерно, конечно, в таком случае уверовать в Него. В этих хулениях, по словам св. Матфея, принимали участие и разбойники, распятые по правую и по левую сторону от Господа.

Покаяние благоразумного разбойника

(Луки 23:39-43)

Дополняя повествование первых двух Евангелистов, св. Лука передает о покаянии и обращении к Господу одного из двух разбойников. В то время, как один из них, видимо, еще более озлобившись от мучений и ища предмет, на который можно было бы обратить свое озлобление, стал, по примеру врагов Господа, хулить Его, подражая им, другой разбойник, очевидно не в такой степени испорченный, сохранивший чувство религиозности, стал усовещивать своего товарища. "Или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? И мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли; а Он ничего худого не сделал". Очевидно он слышал плач и терзания иерусалимских женщин, сопровождающих Господа на Голгофу; произвела, быть может, на него впечатление надпись, сделанная на кресте Господа, задумался он над словами врагов Господа: "иных спасал", но может быть важнейшей проповедью о Христе была для него молитва Христова об Его врагах-распинателях.

Так или иначе, но совесть в нем сильно заговорила, и он не побоялся среди хулений и насмешек открыто выступить в защиту Господа. Мало того, в его душе произошел такой решительный перелом, что он, ярко выражая свою веру в распятого Господа, как в Мессию, обратился к Нему с покаянными словами: "Помяни меня, Господи, когда приидешь во Царствие Твое!" Иначе сказать: "вспомяни обо мне, Господи, когда будешь царствовать". Он не просит славы и блаженства, но молит о самом меньшем, как хананеянка, желавшая получить хотя бы крупицу от трапезы Господней. Слова благоразумного разбойника стали с той поры для нас примером истинного глубокого покаяния, и даже вошли у нас в богослужебное употребление. Это удивительное исповедание ярко свидетельствовало о силе веры покаявшегося разбойника. Страждущего, измученного, умирающего он признает Царем, который придет в Царствие Свое, Господом, Который оснует это Царство. Это такое исповедание, которое не под силу было даже ближайшим ученикам Господа, не вмещавшим мысли о страждущем Мессии. Несомненно тут и особое действие благодати Божьей, озарившей разбойника, дабы он был примером и поучением всем родам и народам. Это его исповедание заслужило высочайшую награду, какую только можно себе представить. "Ныне же будешь со Мною в раю" — сказал ему Господь, то есть сегодня же он войдет в рай, который вновь откроется для людей через искупительную смерть Христову.

Смерть Христова

(Матф. 27:45-56; Марк. 15:33-41; Лук.23:44-49; Иоан. 19:28-37)

По свидетельству первых трех Евангелистов, смерти Господа на кресте предшествовала тьма, покрывшая землю: "В шестом же часу настала тьма по всей земле, и продолжалась до часа девятого", то есть по нашему времени — от полудня до трех часов дня. Лука добавляет к этому, что "померкло солнце". Это не могло быть обыкновенное солнечное затмение, так как на еврейскую Пасху 14 Нисана всегда бывает полнолуние, а солнечное затмение случается только при новолунии, но не при полнолунии. Это было чудесное знамение, которое свидетельствовало о поразительном и необычайном событии — смерти возлюбленного Сына Божья. Об этом необыкновенном затмении солнца, в продолжении которого даже видны были звезды, свидетельствует римский астроном Флегонт. Об этом же необыкновенном солнечном затмении свидетельствует и греческий историк Фалос. Вспоминает о нем в своих письмах к Аполлофану св. Дионисий Ареопагит, тогда еще бывший язычником. Но замечательно, как подчеркивает св. Златоуст и блаж. Феофилакт, что эта тьма "была по всей земле", а не в какой-либо части только, как это бывает при обычном затмении солнца. Видимо, эта тьма последовала вслед за глумлениями и насмешками над распятым Господом; она же и прекратила эти глумления, вызвав то настроение в народе, о котором повествует св. Лука: "И весь народ, сошедший на сие зрелище, видя происходившее, возвращался, бия себя в грудь" (Лук. 23:48)

"В девятом часу возопил Иисус громким голосом: "Или, Или! Ламма савахфани?" Эти слова св. Марк передает как "Элои", вместо"Или". Этот вопль, конечно, не был воплем отчаяния, но только выражением глубочайшей скорби души Богочеловека. Для того, чтобы искупительная жертва совершилась, необходимо было, чтобы Богочеловек испил до самого дна всю чашу человеческих страданий. Для этого потребовалось, чтобы распятый Иисус не чувствовал радости Своего единения с Богом Отцом. Весь гнев Божий, который, в силу Божественной правды, должен был излиться на грешное человечество, теперь как бы сосредоточился на одном Христе, и Бог как бы оставил Его. Среди самых тяжких, какие только можно представить, мучений телесных и душевных, это оставление было наиболее мучительным, почему и исторгло из уст Иисуса это болезненное восклицание.

По-еврейски "Илия" произносилось "Елиагу". Поэтому вопль Господа послужил новым поводом к насмешкам над Ним: "Вот, Илию зовет". Язвительность насмешки этой состояла в том, что перед пришествием Мессии иудеи ожидали прихода Илии. Насмехаясь над Господом, они как бы хотели сказать: вот Он и теперь еще, распятый и поруганный, всё еще мечтает, что Он — Мессия, и зовет Илию Себе на помощь. Первые два Евангелиста говорят, что тотчас же один из воинов побежал, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на трость, давал ему пить. Очевидно это было кислое вино, которое было обыкновенным питанием римских воинов, особенно в жаркую погоду. Губку, впитывавшую в себя жидкость, воин наложил на трость, по св. Иоанну, "иссоп", то есть ствол растения, носящего это имя, так как висевшие на кресте находились довольно высоко от земли, и им нельзя было просто поднести пития. Распятие производило невероятно сильную, мучительную жажду в страдальцах, и св. Иоанн сообщает, что Господь произнес, очевидно перед этим: "Жажду" (19:28-30), добавляя при этом: "Да сбудется Писание". Псалмопевец в 68 Пс. 22 ст., изображая страдания Мессии, действительно предрек это: "И в жажде моей напоили меня уксусом". Вкусив уксус, по свидетельству св. Иоанна, Господь возгласил: "Совершилось!" то есть: совершилось дело, предопределенное в Совете Божием, — совершилось искупление человеческого рода и примирение его с Богом через смерть Мессии (Иоан. 19:30)

По словам св. Луки, вслед за тем Господь воскликнул: "Отче! В руки Твои предаю дух Мой" (Лук. 23:46), "и, преклонив главу, предал дух" (Иоан. 19:30). Все три первых Евангелиста свидетельствуют, что в этот момент смерти Иисуса "завеса в храме разорвалась надвое, сверху до низу", то есть сама собой разодралась на две части та завеса, которая отделяла Святилище в храме от Святого Святых. Так как это было время принесения вечерней жертвы — около 3 часов пополудни по нашему времени, — то, очевидно, очередной священник был свидетелем этого чудесного саморазрывания завесы.

Это символизировало собой прекращение Ветхого Завета и открытие Нового Завета, который отверзал людям вход в закрытое дотоле Царство Небесное. "Земля потряслась" — произошло сильное землетрясение, как знак гнева Божья на тех, кто предал смерти Сына Его Возлюбленного. От этого землетрясения "камни распались", то есть скалы расселись, и открылись делавшиеся в них погребальные пещеры. В знамение победы Господа над смертью — "многие тела усопших святых воскресли" — воскресли погребенные в этих пещерах тела умерших, которые на третий день, по воскресении Господа, явились в Иерусалиме знавшим их людям.

Все три Евангелиста свидетельствуют, что эти чудесные знамения, сопровождавшие смерть Господа, произвели столь сильное, потрясающее действие на римского сотника, что он произнес, по первым двум Евангелистам: "Воистину Он был Сын Божий!" а по св. Луке: "Истинно Человек Этот был праведник!" Предание говорит, что этот сотник, по имени Лонгин, стал христианином и позже мучеником за Христа (память его 16 окт.)

По свидетельству св. Луки, потрясен был и весь народ, собравшийся у Голгофы: "Возвращался, бия себя в грудь" — такие резкие переходы от одного настроения к другому естественны в возбужденной толпе. Все три Евангелиста указывают, что свидетелями смерти Господа и происшедших при этом событий были "все знавшие Его, и женщины, следовавшие за Ним из Галилеи, которые стояли вдали и смотрели на это", и среди них, как перечисляют св. Матфей и Марк поименно, находились: Мария Магдалина, Мария — мать Иакова и Иосии и мать сынов Зеведеевых, Саломия.

О дальнейшем, что произошло по смерти Иисуса и до Его погребения, повествует только, дополняя, как и всегда, первых трех Евангелистов, только св. Иоанн, бывший, как он тут же утверждает, сам свидетелем всего этого. Так как была пятница — по-гречески"параскеви", что значит "приготовление", то есть "день перед субботой", а суббота та была"великим днем", так как совпадала с первым днем Пасхи, то, дабы не оставлять на крестах тела распятых в этот "великий день", иудеи, то есть враги Господа, или члены синедриона, просили Пилата "перебить у них голени" и, умертвив их таким образом,"возьмут", то есть снимут и похоронят еще до наступления вечера, когда надо было уже вкушать Пасху. По жестокому римскому обычаю, распятым, для ускорения их смерти, перебивали голени, то есть раздробляли ноги. Получив это разрешение Пилата, воины перебили голени у разбойников, распятых со Иисусом, которые были еще живы. "Но, пришедши к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней; но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода" (Ин. 19:33-34; 1 Ин. 5:8)

Отрицательная критика очень много занималась вопросом, могла ли из мертвого тела Иисуса истечь кровь и вода, и доказывала, что это невозможно, так как из мертвого застывшего тела не может истекать кровь, ибо она находится в жидком состоянии в мертвом теле весьма недолго, не более часа, а что отделение водянистой жидкости начинается лишь с наступлением разложения, да еще при некоторых болезнях, как напр., при тифозной горячке, лихорадке и т.п. Все эти рассуждения неосновательны. Ведь мы не знаем всех подробностей распятия и смерти Господа, а потому и не можем судить об этих деталях. Но общеизвестен факт, что у распятых наступает именно лихорадочное состояние. Да и само прободение ребра произошло, несомненно, очень скоро после смерти и уж во всяком случае не более, чем через час, ибо наступал вечер, и иудеи спешили окончить свое злое дело. Кроме того, нет при этом надобности рассматривать это истечение крови и воды, как явление естественное. Сам св. Иоанн, подчеркивающий его в своем Евангелии, видимо отмечает его, как явление чудесное ("И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его" — 19:35). Чистейшее Тело Богочеловека и не могло подвергнуться обыкновенному закону разложения человеческого тела, а, вероятно, с самой минуты смерти начало входить в то состояние, которое окончилось воскресением Его в новом, прославленном, одухотворенном виде. Символически это истечение крови и воды свв. Отцы объясняют, как знамение таинственного способа единения верующих со Христом в таинствах крещения и евхаристии: "водою мы рождаемся, а кровью и телом питаемся" (бл. Феофилакт и св. Златоуст). Св. Иоанн, стоявший при кресте и видевший все это, свидетельствует и то, что он говорит истину, и то, что и сам он не обманывается, утверждая это — "И истинно свидетельство его" (Иоан. 19:35)

Излияние воды и крови из прободенного ребра Христова есть знамение того, что Христос сделался нашим Искупителем, очистив нас водою в таинстве Крещения и Своею Кровью, которой напояет нас в таинстве Причащения. Вот почему тот же ап. Иоанн в своем 1-м соборном послании говорит: "Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровью и Духом, не водою только, но водою и кровью; и Дух свидетельствует о Нем, потому что Дух есть истина. Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святой Дух; и Сии три суть едино. И три свидетельствуют на земле: Дух, вода и кровь; и сии три об одном" (1 Иоан. 5:6-8)

"Ибо сие произошло", то есть не только прободение ребра, но и то, что у Господа не были перебиты голени, "да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится". Это было предсказано в кн. Исход 12:46: Пасхальный агнец, преобразовавший Господа Иисуса Христа, должен был быть вкушаем без сокрушения костей, а всё оставшееся должно было быть предано огню. "Также и в другом месте Писание предсказывает: Воззрят на Того, Которого пронзили"— это заимствовано из кн. пр. Захарии 12:10. В этом месте Иегова в лице Мессии представляется, как пронзенный народом своим, и этот самый народ, при взгляде на пронзенного, представляется приносящим пред Ним покаяние с плачем и рыданием. Эти слова постепенно исполнялись на иудеях, коими Господь был предан смерти, и будет исполняться до кончины мира, перед которой произойдет всеобщее обращение иудеев ко Христу, как предрекает это св. ап. Павел в послании к Римлянам 11:25-26.

Погребение Господа Иисуса Христа

(Мф. 27:57-66; Марк. 15:42-47; Лук. 23:50-56; Иоан. 19:38-42)

О погребении Господа повествуют совершенно согласно все четыре Евангелиста, причем каждый сообщает свои подробности. Погребение состоялось при наступлении вечера, но суббота еще не наступила, хотя и приближалась, то есть, надо полагать, это было за час или за два до захода солнца, с которого уже начиналась суббота. Это ясно указывают все четыре Евангелиста: Матф. 27:57, Марк. 15:42, Лук. 23:54 и Иоан. 19:42, а особенно подчеркивают св. Марк и Лука. Пришел Иосиф из Аримафеи, иудейского города вблизи Иерусалима, член синедриона, как свидетельствует св. Марк, человек благочестивый, потаенный ученик Христов, по свидетельству св. Иоанна, который не участвовал в осуждении Господа (Лук. 23:51). Пришедши к Пилату, он испросил у него тело Иисуса для погребения. По обычаю римлян, тела распятых оставались на крестах и делались добычей птиц, но можно было, испросив разрешения начальства, предавать их погребению. Пилат выразил удивление тому, что Иисус уже умер, так как распятые висели иногда по несколько дней, но, проверив через сотника, который удостоверил ему смерть Иисуса, повелел выдать тело Иосифу. По повествованию св. Иоанна, пришел и Никодим, приходивший прежде ко Иисусу ночью (см. Иоан. 3 гл.), который принес состав из смирны и алое около 100 фунтов. Иосиф купил плащаницу — длинное и ценное полотно. Они сняли Тело, умастили его, по обычаю, благовониями, обвили плащаницей и положили в новой погребальной пещере в саду Иосифа, находившемся неподалеку от Голгофы. Так как солнце уже склонялось к западу, все делалось, хотя и старательно, но очень поспешно. Привалив камень к дверям гроба, они удалились. За всем этим наблюдали женщины, стоявшие прежде на Голгофе.

Св. Златоуст, а за ним и бл. Феофилакт, считают, что упоминаемая Евангелистами "Мария, Иакова и Иосии мать", есть Пресвятая Богородица,"поскольку Иаков и Иосия были дети Иосифа от первой его жены. А так как Богородица называлась женой Иосифа, то по праву называлась и матерью, то есть мачехою детей его". Однако, другие того мнения, что это была Мария, жена Клеопы, двоюродная сестра Богоматери. Все они сидели против входа в пещеру, как свидетельствует о том св. Матфей (27:61), а затем, по свидетельству св. Луки, возвратившись, приготовили благовония и масти, чтобы по окончании дня субботнего покоя прийти и помазать Тело Господа, по иудейскому обычаю (Лук. 23:56). По сказанию св. Марка, эти женщины, именуемые"мироносицами", купили ароматы не в самый день погребения Господа, а по прошествии субботы, то есть в субботу вечером. Тут нельзя видеть противоречия. В пятницу вечером оставалось, очевидно, очень мало времени до захода солнца. Отчасти, что успели, они приготовили еще в пятницу, а чего не успели, закончили в субботу вечером.

Евангелист Матфей сообщает еще об одном важном обстоятельстве, происшедшем на другой день после погребения — "На другой день, который следует за пятницею", то есть в субботу, первосвященники и фарисеи собрались к Пилату, не думая даже о нарушении субботнего покоя, и попросили его дать распоряжение об охране гроба до третьего дня. Просьбу свою они мотивировали заявлением: "Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: "после трех дней воскресну"; итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтоб ученики Его, пришедши ночью, не украли Его и не сказали народу: "Воскрес из мертвых"; и будет последний обман хуже первого". "Первым обманом" они называют здесь то, что Господь Иисус Христос учил о Себе, как о Сыне Божьем, Мессии, а "последним обманом" — проповедь о Нем, как о восставшем из гроба Победителе ада и смерти. Этой проповеди они боялись больше, и в этом они правы были, что показала и вся дальнейшая история распространения христианства. На эту просьбу Пилат ответил им сухо: "Имеете стражу; пойдите, охраняйте, как знаете". В распоряжении членов синедриона находилась на время праздников стража из римских воинов, которой они пользовались для охранения порядка и спокойствия, в виду громадного стечения народа из всех стран в Иерусалим. Пилат предлагает им, использовав эту стражу, сделать все так, как они сами хотят, дабы потом они никого не могли винить ни в чем. "Они пошли и поставили у гроба стражу, и приложили к камню печать" — то есть, вернее, камень, которым он был закрыт, шнуром и печатью, в присутствии стражи, которая потом осталась при гробе, чтобы его охранять.

Таким образом, злейшие враги Господа, сами того не подозревая, подготовили неоспоримые доказательства Его славного воскресения из мертвых.

«К этим святым воспоминаниям искупительной жертвы Господа и Спасителя нашего готовила нас Святая Церковь в течение всего Великого поста», – напоминает в проповеди Патриарх Алексий II, – Но человечество продолжает грешить. И если мы не каемся в своих грехах, если не стараемся построить жизнь по Христовым заповедям, то тем самым сораспинаем нашего Спасителя и Искупителя Господа Иисуса Христа. Разве мы с терпением несем свой жизненный крест? Но ведь каждому крест дается по его силам, не бывает креста выше сил человеческих.

Вспомним, не унываем ли мы, обращаемся ли с горячей молитвой ко Господу, начинаем

Чистый четверг

butterfly — Wed, 31 Mar 2010 09:41:49 GMT

Сегодня православные отмечают Чистый четверг. Православная церковь считает этот день важной частью подготовки к Пасхе, празднованию Воскресения Христова. В Чистый четверг все верующие традиционно приходят в храм на богослужение. Начиная с четверга, начинают активно готовиться к праздничной пасхальной трапезе. Хозяйки начинают этот день в хлопотах: прибирают в домах, пекут куличи и красят яйца.

В Чистый четверг принято совершать обряд омовения – ходить в баню. Тот, кто успел сегодня до восхода солнца умыться, будет здоровым целый год. С этого дня не мели в избе до праздника Пасхи: говорили, «чтобы не засорить глаза лежащему в гробе Христу».

Также в Чистый четверг было принято особым образом готовить соль. Крупную соль заворачивали в тряпочку и перекаливали в печи, потом толкли и просеивали. Эту соль хранили весь год, полагая, что она очищена от скверны и обладает лечебными свойствами. Этой же солью солили освященные крашеные яйца на Пасху. По народным поверьям, если в Великий четверг холодно, то вся весна не будет теплой, если дождь, следует ожидать мокрой весны.

16 апреля, народный календарь чтит Никиту Водопола. Обычно к этому времени разливаются полые воды. Если на Никиту лед не пошел, то в течение всего года лов рыбы будет плохой. День Никиты в народе называли пробуждением «водяного дедушки», ледохода.

В этот день освященный в церкви хлеб вешали на рога коровам, чтобы кормилицы лучше и обильнее доились. Рыбаки «угощали» водяного, утопляя чужую лошадь: «Вот тебе, дедушка, гостинец на новоселье: люби да жалуй нашу семью». По старинному замечанию, с 16 апреля наступает оживление весны – пробуждаются соки в деревьях, набухают почки.

Тайная вечеря

butterfly — Wed, 31 Mar 2010 09:39:46 GMT

В пятый день после входа Господа в Иерусалим, значит, по нашему в четверг, (а в пятницу вечером надлежало заклать пасхального агнца), ученики спросили Иисуса Христа: "где велишь нам приготовить Тебе Пасху?" Иисус Христос сказал им: "пойдите в город Иерусалим; там вы встретите человека, несущего кувшин воды; последуйте за ним в дом и скажите хозяину: Учитель говорит: где горница (комната), в которой бы Мне совершить Пасху с учениками Моими? Он покажет вам большую убранную горницу; там приготовьте пасху". Сказав это, Спаситель послал двух учеников своих Петра и Иоанна. Они пошли, и все исполнилось так, как сказал Спаситель; и приготовили Пасху. Вечером того дня Иисус Христос, зная, что Он будет предан в эту ночь, пришел с двенадцатью апостолами Своими в приготовленную горницу. Когда все возлегли за стол, Иисус Христос сказал: "очень желал Я есть с вами эту Пасху прежде Моего страдания, потому что, говорю вам, уже не буду есть ее, пока она не совершится в Царствии Божием". Потом встал, снял с Себя верхнюю одежду, препоясался полотенцем, налил в умывальницу воды и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан.

Умыв ноги ученикам, Иисус Христос надел одежду Свою и, возлегши опять, сказал им: "знаете ли, что Я сделал вам? Вот, вы зовете меня Учителем и Господом и правильно зовете. Итак, если Я, Господь и Учитель ваш, умыл ноги вам, то и вы должны поступать так же. Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам". Этим примером Господь показал не только Свою любовь к ученикам Своим, но и научил их смирению, т. е. не считать за унижение для себя служить кому бы то ни было, хотя бы низшему себя человеку. После вкушения ветхозаветной Пасхи еврейской, Иисус Христос установил на этой вечери таинство Святого Причащения. Потому и называется она "тайною вечерею".

Иисус Христос взял хлеб, благословил его, переломил на части и, подавая ученикам, сказал: Приимите, ядите; сие есть Тело Мое, за вас ломимое во оставление грехов", (т.е. за вас предается на страдание и смерть, для прощения грехов). Потом взял чашу с виноградным вином, благословил, возблагодарив Бога Отца за все Его милости к роду человеческому, и, подавая ученикам, сказал: "пейте из нее все, это Моя Кровь Новаго Завета, за вас Проливаемая во оставление грехов".

Слова эти означают, что под видом хлеба и вина Спаситель преподал Своим ученикам то самое Тело и ту самую Кровь, которые на другой день после этого Он предал на страдания и смерть за наши грехи. Как хлеб и вино стали Телом и Кровью Господа, это тайна, непостижимая даже для ангелов, почему и называется таинством. Причастив апостолов, Господь дал заповедь всегда совершать это таинство, Он сказал: "сие творите в Мое воспоминание". Таинство это совершается у нас и теперь и будет совершаться до скончания века за богослужением, называемым Литургией или Обедней.

Тайная вечеря

Во время тайной вечери Спаситель объявил апостолам, что один из них предаст Его. Они этим очень опечалились и в недоумении, смотря друг на друга в страхе стали спрашивать один за другим: "не я ли Господи?" Спросил и Иуда: "не я ли, Равви?" Спаситель тихо сказал ему: "ты", но никто этого не слышал. Иоанн же возлежал рядом со Спасителем, Петр сделал знак ему, чтобы он спросил, о ком говорил Господь. Иоанн, припадши к груди Спасителя, тихо сказал: "Господи! кто это?" Иисус Христос так же тихо ответил : "тот, кому я, обмакнув кусок хлеба, подам". И, обмакнув кусок хлеба в солило (в блюдо с солью), Он подал его Иуде Искариотскому, сказав: "что делаешь, делаей скорее". Но никто не понял, для чего это Спаситель сказал ему. А так как у Иуды был ящик с деньгами, то ученики подумали, что Иисус Христос посылает его купить что-либо к празднику, или раздать милостыню нищим. Иуда приняв кусок, тотчас вышел. Была уже ночь.

Иисус Христос, продолжая беседовать с учениками Своими, сказал: "Дети! уже не долго Мне быть с вами. Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою. И нет больше той любви, как если кто положит душу свою (отдаст жизнь свою) за друзей своих. Вы - друзья Мои, если исполните то, что я заповедую вам". Во время этой беседы Иисус Христос предсказал ученикам, что все они соблазнятся о Нем в эту ночь, - все разбегутся, оставив Его одного. Апостол же Петр сказал: "если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь". Тогда Спаситель сказал ему: "истинно говорю тебе, что в эту ночь, прежде чем пропоет петух, ты трижды отречешься от Меня и скажешь, что не знаешь Меня". Но Петр еще больше стал уверять, говоря: "хотя бы мне надлежало и умереть с Тобой, не отрекусь от Тебя". То же говорили и все другие апостолы. Но все же слова Спасителя опечалили их. Утешая их, Господь сказал: "да не смущается сердце ваше (т.е. не скорбите), веруйте в Бога (Отца) и в Меня (Сына Божия) веруйте". Спаситель обещал ученикам Своим послать от Отца Своего другого Утешителя и Учителя, вместо Себя - Святаго Духа. Он сказал: "Я умолю Отца, и Он даст вам другого Утешителя, Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, потому что Он с вами пребывает и в вас будет (это значит, что Дух Святый пребудет со всеми истинно верующими в Иисуса Христа - в Церкви Христовой). Еще немного и мир уже не увидит Меня; а вы увидите Меня; потому что Я живу (т.е. Я есть жизнь; и смерть не может победить Меня), и вы будете жить. Утешитель же Дух Святой, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что я говорил вам". Дух Святой - Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне; а также и вы будете свидетельствовать, потому что вы сначала со Мною" (Иоан. 15, 26-27).

Иисус Христос предсказал также ученикам Своим, что много зла и бед придется им вытерпеть от людей за то, что они веруют в Него. "В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь (крепитесь)", сказал Спаситель, "Я победил мир" (т.е. победил зло в мире).

Беседу Свою Иисус Христос окончил молитвой об учениках своих и обо всех, кто будет веровать в Него, чтобы Отец Небесный сохранил их всех в твердой вере, в любви и в единодушии (в единстве) между собой.

Когда Господь окончил вечерю, еще во время беседы встал с одиннадцатью учениками Своими и, воспев псалмы, пошел за поток Кедрон, на гору Елеонскую, в Гефсиманский сад.

Великий Четверг

butterfly — Wed, 31 Mar 2010 09:34:24 GMT

В четверг Страстной седмицы Церковь вспоминает важнейшее евангельское событие: Тайную вечерю, на которой Христос установил новозаветное таинство Святого Причащения (Евхаристии).

Это была последняя пасхальная вечеря, которую Господь мог праздновать со Своими учениками в Своей земной жизни: вместо этой ветхозаветной Пасхи, совершаемой в память чудесного избавления еврейских младенцев от гибели во дни египетский казней, Он вознамеривался установить теперь истинную Пасху – таинство Евхаристии (Евхаристия – означает Благодарение)

«Был обычай перед вечерею умывать ноги, что делал обыкновенно слуга. Но обычай этот не всегда соблюдался (ср. Лук. 7:44); видно, не был соблюден и в малом обществе Господа, очевидно, потому, что Господь Сам имел в виду показать ученикам пример смирения и самоотверженной любви. Св. Лука сообщает, что на вечери произошел между учениками спор, кто из них старше. Вероятно, этот спор и явился поводом к тому, чтобы показать ученикам наглядный пример смирения и взаимной любви путем омовения ног им.

Об этом омовении ног рассказывает, и притом весьма обстоятельно, только один Евангелист Иоанн, как обычно восполняющий повествования других Евангелистов. "Иисус, зная, что Отец все отдал в руки Его, и что Он от Бога изошел, и к Богу отходит", — смысл этих слов таков: Богом Отцом было предоставлено Богочеловеку употреблять для спасения людей все средства, какие Он найдет полезными — в этом причина того, почему Он сейчас совершает дело столь необычное, несходное с человеческими понятиями. Он встает, при общем недоумении учеников снимает с себя верхнюю одежду, чтобы она не мешала, и остается в одной тунике, затем берет полотенце, подобно рабу им препоясывается, наливает воду в умывальницу и начинает, исполняя обязанности слуги, умывать ноги Своим ученикам, отирая их полотенцем, которым был препоясан. Это — был безмолвный, но наглядный завет уходящего Учителя Своим ученикам — завет смирения и взаимного служения, без всякого превозношения одного перед другим. Какое сильное здесь опровержение ложного римско-католического учения о главенстве св. Апостола Петра над прочими Апостолами и основанного на этом, ложного догмата о папском примате в Церкви.

"Подходит к Симону Петру…" — из этого видно, что Симон был не первый, к кому Он подошел, и, по-видимому, он возлежал не близко от Христа (ср. ст. 24). Петр был поражен действиями Господа и нашел их несообразными с Его высоким достоинством, почему во второй раз в жизни дерзнул прекословить Христу (ср. Матф. 16:22): "Не умоешь ног моих вовек!" За это он услышал страшную угрозу, что если будет до конца упорствовать в непослушании и будет свой разум ставить на место ума Христова, то не будет иметь "части" со Христом, то есть, иными словами, будет отлучен от общения со Христом. Испугавшись этой угрозы и горя любовью к своему Божественному Учителю, Петр предлагает умыть "Не только ноги, но и руки и голову", то есть выражает как бы готовность повиноваться Своему Господу даже больше, чем другие, которым умываются только ноги.

"Как в этой частной черте характеризуется Симон Петр", говорит Еп. Михаил, "который решается идти ко Господу по волнам и вопиет — погибаю, который ударяет раба архиереева ножом и потом убегает, который проникает во двор, где судили Господа, там отрекается от Него и уходит с горькими слезами". В своем ответе Петру Господь указывает на высший смысл Своих действий и, вместе с тем, как бы утешает Петра после сделанной ему угрозы. "И вы чисты, но не все" — ясный намек на предателя Иуду. Закончив омовение ног, Господь объяснил Своим ученикам намерение, с каким Он сделал это, научая их, чтобы и они с любовью служили друг другу, никакого труда не считая для себя унизительным и не гордясь друг перед другом»

В воспоминание этого события на литургии в кафедральных соборах при архиерейском служении совершается чин умовения ног, который воскрешает в памяти безмерное смирение Спасителя, умывшего ноги Своим ученикам пред Тайной вечерей. Архиерей умывает ноги сидящим по обе стороны приготовленного пред кафедрой места 12 священникам, изображающим собою собравшихся на вечерю учеников Господа, и отирает их лентием (длинным платом).

Перед установлением Евхаристии Христос изобличил Иуду, сказав, «Аминь, аминь говорю вам, что один из вас предаст Меня.» Эти слова вызвали смятение у учеников и они стали поочередно спрашивать: «Не я ли, Господи?». Когда Иуда спросил: «Не я ли, Равви?», Христос тихо ответил ему: «ты сказал,» в последний раз побуждая его к покаянию.

Далее было совершено установление Таинства Евхаристии: Христос взял хлеб и, благословив, преломил, и, раздавая ученикам, сказал: «Примите, едите: сие есть Тело Мое» Исследователи отмечают важность того, что Христос сказал: «Сие есть Тело Мое»: Он не сказал «сей,» то есть «сей хлеб.» а именно «сие», потому, что в этот момент хлеб уже перестал быть хлебом, а стал подлинным Телом Христовым, только вид имевшим хлеба. Затем, взяв чашу и снова благодарив, то есть молитвенно призвав Духа Отче, прелагающего вино в истинную Кровь Христову, сказал: «Пейте от неё все: сия есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая, во оставление грехов» .

Не напрасно прибавлено все. Вино нельзя было разделить, как разделен был хлеб, который Сам Господь разломил и разделил между учениками. Чаша была одна и должна была передаваться из рук в руки. Чтобы кто-нибудь не был обнесен или сам не пропустил чаши мимо себя, Христос настоятельно говорит: "Пейте от нее все". Здесь нельзя не видеть обличения для римо-католиков, которые лишили мирян чаши Христовой. "Поскольку твердую пищу можно принимать не всем", поясняет бл. Феофилакт: "а только тем, которые имеют совершенный возраст, пить же можно всем, то по этой причине и сказал здесь Христос: пейте все". Опять сказано: "Сия есть Кровь Моя" — не образ только, не символ крови, но истинная и действительная кровь.

Что значит: "Нового Завета?" "Как Ветхий Завет", поясняет св. Златоуст, "имел овнов и тельцов, так и Новый Завет имеет Кровь Господню. Этим также Господь показывает, что Он претерпел смерть, почему и упоминает о Завете и вспоминает вместе о первом, поскольку и тот завет был обновлен кровью. Слово "завет" по своему первому значению тождественно со словом "завещание". Завет содержит в себе обетования, а вместе с тем и условия получения этих обетований, в данном случае — соблюдение заповедей Божьих. С этой точки зрения слово завет, может быть объясняемо, как "договор" между Богом и людьми".

Договор всегда чем-то удостоверяется и скрепляется. Господь и хочет сказать, что этот Новый договор между Богом и людьми, взамен Ветхого, скрепляется Его Кровью. "За многие изливаемая, во оставление грехов" — означает, что страдания Единородного Сына Божья послужили жертвой умилостивления за грехи всего человеческого рода (многие сказано вместо всех), которые поэтому и прощаются всем верующим во Христа и причащающимся Пречистого Тела и Крови Его. Св. Лука, а также и св. Ап. Павел в 11 главе 1-го послания к Коринфянам говорят, что при этом Господь еще добавил: "Сие творите в Мое воспоминание". Отсюда никак нельзя, однако, сделать вывод, как это делают сектанты, что Евхаристия это простое "воспоминание" Тайной Вечери. Это сказано потому, что Господа уже не будет видимым образом с учениками и последователями, и они будут вступать с Ним в таинственное общение через вкушение Тела и Крови Его, и будут вспоминать Его прежнее телесное соприсутствие с ними. В книге Деяний св. Апостолов, в Посланиях ап. Павла и во многих древних памятниках христианской письменности мы находим множество свидетельств того, что всякое молитвенное собрание христиан того времени сопровождалось принятием Тела и Крови Христовых под видом хлеба и вина. В первые века все христиане (кроме запрещенных и отлученных), приходившие в церковь в воскресные и праздничные дни, непременно причащались Св. Таин

Затем, после прощальной беседы Христа с учениками, наступает время страданий Христа, которое начинается с Его первосвященнической молитвы: «Отче! Пришел час: прославь Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тебя» Эта замечательно умилительная беседа Господа с учениками приводится полностью только одним Евангелистом Иоанном, небольшой отрывок из нее приводит св. Лука, а первые два Евангелиста говорят только о предсказании Господом отречения Петра и о встрече с учениками по воскресении в Галилее. Вся эта речь чрезвычайно пространна и занимает несколько глав. Вместе со следующей за ней, так наз., "Первосвященнической молитвой" Господа, она вся читается у нас за богослужением вечером в Великий Четверг в качестве первого Евангелия святых страстей.

По св. Иоанну, Господь Иисус Христос начал Свою беседу тотчас по уходе Иуды словами: "Ныне прославился Сын Человеческий, и Бог прославился в Нем…" Надо полагать, однако, что эта беседа начата Господом не только после ухода Иуды, но и после установления Господом таинства Причащения, о чем св. Иоанн не говорит (как восполняющий повествования первых трех Евангелистов)

Преподав ученикам Свое Тело и Кровь и видя тайну искупления уже как бы совершившейся, так как если бы Он уже был принесен в жертву и была совершена победа над всеми враждебными силами, Господь и воскликнул эти победные слова: "Ныне прославился Сын Человеческий"... "Ныне" то есть в эту таинственную и страшную ночь наступило прославление Сына Человеческого, которое в то же время есть и прославление Бога Отца, благоволившего дать Сына Своего Единородного в жертву за спасение людей, и это земное прославление Сына Его есть начало Его будущего небесного прославления, как победителя смерти и ада. Желая вывести учеников Своих из того угнетенного настроения духа, в котором они находились под влиянием мысли о предательстве одного из них, Господь обращает их мысли к Своей Божественной славе, которая откроется и в Его предстоящих страданиях, и в воскресении и вознесении на небо. "Вскоре прославит", то есть недолго будет продолжаться Его унижение, а скоро начнется Его видимое прославление. "Дети! еще не долго Мне быть с вами" — "чадца" или "деточки" — это чрезвычайно нежное обращение Господа к ученикам нигде больше не встречается в Евангелии: вылилось оно из глубокого чувства предстоящей разлуки при столь тяжких и искусительных для их веры обстоятельствах. Как я говорил прежде Иудеям, так теперь и вам говорю, что отхожу от вас путем, которым вы не можете идти теперь за Мной.

Оставляю вас в мире для продолжения Моего дела, Я "Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас…" Из любви к людям я полагаю жизнь Свою за них, и вы должны подражать Мне в этом. Заповедь о любви к ближним дана была и в законе Моисееве, но Христос дал этой заповеди новый характер, неведомый прежде — о любви даже к своим врагам вплоть до самопожертвования во Имя Христово. Такая чистая, бескорыстная и самоотверженная любовь есть признак истинного христианства. Св. Петр задает тогда полный печали и страха вопрос: "Господи, куда Ты идешь?" Господь подтверждает ему, что теперь он не может за Ним идти, но тут же предрекает ему, что в будущем он пойдет за Ним тем же путем мученичества. Дальше следует предречение Петру троекратного отречения, о чем повествуют все четыре Евангелиста. Предостерегая Петра от самонадеянности, когда тот стал уверять, что душу свою положит за Господа, Господь, по св. Луке, сказал ему: "Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас, как пшеницу"...

Характерно, что Господь называет его тут не Петром, а Симоном, ибо, отрекшись от Господа, Петр показал, что он уже перестал быть "камнем". Под этим "сеянием" разумеется искушение от сатаны, которому действительно подверглись Апостолы в часы страданий их Божественного Учителя, когда вера их в Него готова была поколебаться. Эта просьба сатаны напоминает просьбу его относительно Иова Многострадального, которого Господь попустил подвергнуть такому тяжкому искушению. Своей всесильной молитвой Господь защитил учеников Своих, а в особенности Петра, от совершенного падения. Попустил Петру пасть временно, чтобы тем сильнее и тверже он был после и утвердил тем своих собратий. "Молился о тебе" — хотя опасность со стороны сатаны грозила всем, но Господь молился особенно о Петре, ибо ему, как более пылкому и решительному, грозила и наибольшая опасность. "Ты некогда, обратившись, утверди братьев своих" — этим указывается на то, что Петр, покаявшись после своего отречения от Христа, явится для всех образцом истинного покаяния и примером твердости. На это Петр (у всех четырех Евангелистов) начинает уверять Господа в своей непоколебимой верности Ему, в готовности идти за Ним и в темницу и на смерть. Как возможно, однако, было отречение Петра, если Господь молился за него, да не оскудеет вера его? Но вера в Петре и не оскудела: он отрекся в припадке малодушного страха и тотчас же, как мы видим, предался самому глубокому раскаянию. У всех Евангелистов Христос предсказывает Петру, что он отречется от Него в предстоящую ночь трижды, прежде чем пропоет петух, причем по Марку, прежде чем пропоет петух дважды.

Эта большая точность св. Марка объясняется тем, что он писал свое Евангелие под руководством самого Ап. Петра. Первое пение петухов бывает около полуночи, второе — перед утром; следовательно, смысл этого в том, что еще до наступления утра Петр трижды отречется от своего Учителя и Господа. Видимо, отречение Петру Господь предрек два раза: в первый раз еще за вечерей, о чем рассказывают св. Лука и св. Иоанн, а во второй раз — уже по выходе с вечери, по дороге в Гефсиманию, о чем говорят св. Матфей и св. Марк.

К предсказанию об отречении (по св. Луке), Господь присоединил предсказание о том, какая нужда и борьба ожидают впредь Его учеников. "Когда Я посылал вас без мешка и без сумы и без обуви, имели вы в чем недостаток?" — как прежде апостолам не было нужно ни о чем заботиться, ибо они всюду находили себе пропитание и все необходимое, пока ходили и проповедовали при жизни Господа по Иудее и Самарии, так теперь наступают другие времена, когда злоба людей против их Учителя распространится и на них. Всю дальнейшую речь Господа о взятии мешка и сумы и покупке ножа (или меча), конечно, нужно понимать не в буквальном смысле, а в символическом. Господь просто предупреждает их о том, что наступает для них крайне тяжелый период жизни, и они должны к нему приготовиться сами, что их ожидает голод, жажда, бедствия и вражда со стороны людей; если и Сам их Учитель будет в глазах этих людей причтен к злодеям, то чего же хорошего могут ожидать они? Апостолы, по наивности, поняли все сказанное Господом буквально, и говорят: "Вот, здесь два меча". Видя, что Его не понимают, Господь прекратил этот разговор словами: "довольно".

"Да не смущаются сердца ваши" — мысль о скором отшествии от них Господа не должна смущать учеников, потому что это отшествие есть только средство привести их в постоянное, уже вечное общение с Ним: Господь обещает им, когда придет для того время, взять их к Себе в вечные обители Отца Своего Небесного. Отуманенные все еще по-прежнему ложными представлениями о земном царстве Мессии, ученики не понимают этих слов Господа, и потому Фома говорит: "Господи, не знаем, куда идешь"... В ответ Господь объясняет, что Он и есть Сам тот путь, которым они должны идти к Отцу, чтобы водвориться в ожидающих их вечных обителях. "Никто не приходит к Отцу, как только через Меня" — так как Христос есть Искупитель, и только верою в совершенное Им дело искупления человечества возможно спасение. "Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего", ибо во Христе — полное откровение Бога, как и раньше он говорил Иудеям: "Я и Отец — одно" (Ин. 10:30). И ученики Господа, зная Христа, должны знать и Отца. Правда они плохо знали Христа, но постепенно приближались к этому знанию, какое Господь дал им особенно на Тайной Вечери через омовение ног, причащение Тела и Крови Его и через Свои наставительные беседы. Сходный по характеру с Фомой и так же, как и тот, отличавшийся рассудительностью, Филипп сказал тогда Господу: "Покажи нам Отца, и довольно для нас", разумея под этим чувственное видение, какого удостаивались, например, пророки.

Господь выражает как бы сожаление о непонятливости Филиппа и внушает ему ненужность его просьбы, поскольку в Нем — через дела Его, через учение и самую Богочеловеческую личность Его — они давно должны были познать Отца. Продолжая дальше утешать учеников, Господь обещает им наделить их силой чудотворения, исполняя все, что они в молитве будут просить у Него: молитва во имя Господа-Искупителя будет творить чудеса. При условии, что ученики, любя Господа, будут соблюдать Его заповеди, Господь обещает послать им Утешителя, Который пребудет с ними во веки, Духа Истины, Который как бы заменит им Христа и благодаря Которому они будут иметь постоянное таинственное общение со Христом. "Мир", как совокупность неверующих в Господа и враждебных Ему людей, во всем чуждый и противоположный Духу-Утешителю, не может принять Его, а с Апостолами Он пребывал, благодаря общению их с Господом во время Его земной жизни, и в них будет, чтобы пребывать с ними во веки, когда сойдет на них в день Пятидесятницы. "Не оставлю вас сиротами: приду к вам", и видимым образом, после воскресения, и таинственным, через духовное общение в таинстве причащения, при посредстве Духа Святого. "И вы живы будете" в единении со Мной, как источником жизни вечной, в то время, как мир, духовно мертвый, не будет видеть Господа. "В тот день", то есть в день Пятидесятницы, "Узнаете вы, что Я в Отце Моем, и вы во Мне, и Я в вас", поймите сущность духовного общения с Богом во Христе. Условие этого Богообщения — любовь к Господу и соблюдение Его заповедей. Иуда, не Искариотский, называемый Левием или Фаддеем, который, видимо, не расстался с любимой мыслью иудеев о чувственном царстве Мессии, поняв слова Господа в буквальном смысле, что Он явится в чувственно-телесном виде любящим Его и соблюдающим Его заповеди, выразил недоумение, почему Господь хочет явиться только им, а не всему миру, как основатель славного всемирного царства Мессии. Господь объясняет, что Он говорит о Своем таинственном духовном явлении Своим последователям, повторяя прежнюю мысль о необходимости для этого любить Его и исполнять Его заповеди. Мир же, не любящий Его и не исполняющий Его заповедей, неспособен к такому духовному общению с Господом. Заповеди же Христовы являются вместе с тем и заповедями Отца. Все это теперь может быть ученикам не ясно, но когда придет Утешитель, Дух Святой, Его же пошлет Отец во имя Христово, Он наставит Апостолов — научит их всему и напомнит им все, чему учил их Христос: откроет им тайну жизни духовной, жизни во Христе.

Кончая пасхальную вечерю, глава семейства говорил присутствующим: "Мир вам", а затем вечеря заканчивалась пением псалмов. Господь, намереваясь оставить пасхальную горницу и, имея в виду, что скоро отходит от учеников Своих, следуя обычаю, также преподает им мир, но высший мир, по сравнению с тем, какой обыкновенно дает мир, во зле лежащий: "Мир Мой даю вам" — это мир, который совершенно уравновешивает все силы человеческого духа, вносит полную гармонию во внутреннее настроение человека, успокаивает всякое смятение и возмущение, это тот именно мир, о котором пели Ангелы в Рождественскую ночь. Поэтому Апостолы и не должны ничем смущаться или устрашаться.

Вечеря окончилась. Наступало время оставить сионскую горницу, где она происходила. Снаружи был мрак неизвестности, страх разлуки со Христом и беспомощности во враждебном мире. Поэтому Христос снова утешает учеников обещанием придти к ним и говорит, что они должны радоваться тому, что Он идет ко Отцу, "Ибо Отец Мой более Меня есть" — более, конечно, как Первопричина (Сын рождается от Отца, заимствует у Него Свое бытие), более как Бог, по сравнению со Христом-Богочеловеком. Все должно произойти по написанному, так, как Господь предупреждал учеников прежде. Через исполнение предреченного ученики убедятся в истине слов Христовых "Уже немного Мне говорить с вами" — оставалось лишь несколько часов до того момента, когда Иуда с воинами должны были взять Господа. Господь духовным взором Своим видит приближение к Себе Своего врага,"князя мира сего" — сатаны в лице Иуды со спирой (отрядом воинов) в Гефсиманском саду, когда дьявол совершил нападение на Господа, искушая Его страхом мучений и смертного часа — последняя попытка отклонить Спасителя от совершения Им искупительного подвига для спасения человечества. Господь говорит при этом, что дьявол в Нем "не имеет ничего", то есть, по безгрешности Христовой, не может в Нем найти ничего, над чем бы он мог господствовать.

Это доказательство полной нравственной свободы Господа, с какой Он, единственно по Своей любви, отдает жизнь Свою за спасение мира, во исполнение воли Отца. "Восстаньте, идем отсюда" — пойдем навстречу приближающемуся врагу, князю мира в лице Иуды-предателя.

Многие толкователи склоняются к тому, что после этих слов надлежит читать слова Ев. Матфея, совпадающие с таким же словами Ев. Марка: "И воспевши, пошли на гору Елеонскую". То есть Господь с учениками пропели, по иудейскому обычаю, псалмы второй части "Аллилуйи" — 115-118 и пошли по направлению к Елеонской горе, причем дальнейшая беседа продолжалась уже на ходу. Однако, Епископ Феофан Затворник считает, что беседа продолжалась все же в горнице, и горница была покинута лишь по окончании всей беседы и первосвященнической молитвы Христовой. За первое предположение говорит, по-видимому, то, что дальше Господь ведет беседу о себе, как виноградной лозе. По дороге же к Елеонской горе и на ее склонах как раз было много виноградников, глядя на которые Господь и употребил этот наглядный и живой образ». Архиеп. Аверкий Таушев

Окончив Свою первосвященническую молитву, Христос с учениками отправился в Гефиманский сад, взяв с Собой Петра, Иакова и Иоанна, отошел на некоторое расстояние и «начал ужасаться и тосковать.» «Душа Моя скорбит смертельно» сказал Он этим Своим ближайшим довереннейшим ученикам: «Побудьте здесь, и бодрствуйте со Мною. Он пал на лице Свое, преклонив колена, и молился: «Отче Мой, если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, а как Ты.» Молитва эта была столь напряженной, что по словам св. Луки, «Был пот Его, как капли крови, падающие на землю.»

Скорбела и страшилась смерти человеческая природа Христа. Нравственные страдания происходили и от того, что Христос принял на Себя все грехи всего мира и шел на смерть за них: то, что должен был претерпеть весь мир за свои грехи, сосредоточилось теперь на Нем Одном.

Трижды становился Христос на молитву. В первый раз он молился об отвращении от Него чаши страданий, во второй раз Он изъявил уже прямую покорность воле Божией, и Ему был послан Ангел, чтобы окончательно укрепить Его в этой воле, после чего Он в полной решимости воскликнул: «Да будет воля Твоя.» Помолившись в третий раз, Он пришел к ученикам предупредить их о приближении предателя: «Вы все еще спите и почиваете? Вот приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников».

«Перед нами проходит картина того, что произошло со Спасителем по любви к нам; Он мог бы всего этого избежать, если бы только отступить, если бы только Себя захотеть спасти и не довершить того дела, ради которого Он пришел! Христос проводит одну страшную ночь лицом к лицу с приходящей смертью; и Он борется с этой смертью, которая идет на Него неумолимо, как борется человек перед смертью. Но обыкновенно человек просто беззащитно умирает; здесь происходило нечто более трагичное. Мы должны в это вдуматься: нам всегда – или часто – кажется, что легко было Ему отдать Свою жизнь, будучи Богом, ставшим человеком: но умирает-то Он, Спаситель наш, Христос, как Человек: не Божеством Своим бессмертным, а человеческим Своим, живым, подлинно человеческим телом... И потом мы видим распятие: как Его убивали медленной смертью и как Он, без одного слова упрека, отдался на муку. Единственные слова, обращенные Им к Отцу о мучителях, были: Отче, прости им – они не знают, что творят... Вот чему мы должны научиться: перед лицом гонения, перед лицом унижения, перед лицом обид – перед тысячей вещей, которые далеко-далеко отстоят от самой мысли о смерти, мы должны посмотреть на человека, который нас обижает, унижает, хочет уничтожить, и повернуться душой к Богу и сказать: Отче, прости им: они не знают, что делают, они не понимают смысла вещей...» – напоминает в проповеди митрополит Сурожский Антоний

О предании Христа рассказывают все четыре евангелиста. Первосвященники, боясь народного возмущения, дали приказ Иуде взять Иисуса осторожно. Отряду, который привел Иуда, было приказано взять Того, на Кого укажет Иуда. А Иуда, храня в тайне данное ему поручение, ограничился одним лишь указанием: «Кого я поцелую, Тот и есть, за Кем мы идем: Возьмите Его и ведите осторожно» (Мк. 14:44). Когда он подошел к Иисусу и растерянно сказал: «Равви, равви...», то Иисус кротко спросил его: «Друг, для чего ты пришел?» Не зная, что сказать на этот вопрос, Иуда в смущении произнес: «Радуйся, Равви» и поцеловал Его. Чтобы показать Иуде, что он не может скрыть своего предательства, Христос сказал: «Иуда, целованием ли предаешь Сына Человеческого?» Когда стража приблизилась Христос спросил: «Кого ищете?» и на ответ «Иисуса Назарея» «Это Я» ответил Он. Апостолы хотели вступиться за Него, Петр извлек меч и, ударив первосвященнического раба Малха, отсек ему правое ухо, но, по свидетельству евангелиста Луки, Христос одним прикосновением исцелил его и велел Петру убрать меч: «ибо все взявшие меч, мечем погибнут»

Взявши Иисуса, враги повели Его связанным в дом, где жили первосвященники.

У первосвященника Каиафы в эту ночь собрались многие члены Синедриона. Все они уже заранее сговорились осудить Иисуса Христа на смерть. Но для этого им нужно было найти какую-нибудь вину достойную смерти. А так как никакой вины нельзя было найти в Нем, то они выискивали ложных свидетелей, которые сказали бы неправду против Иисуса Христа. Много таких лжесвидетелей приходило. Но они не могли сказать ничего, за что можно было бы осудить Иисуса Христа. Под конец выступили двое с таким лживым показанием: "мы слышали, как Он говорил: Я разрушу храм сей рукотворенный, и через три дня воздвигну другой, нерукотворенный". Но и такое свидетельство не было достаточным для предания Его смерти.

«События земной жизни и страдания Иисуса Христа не могут быть поняты вне глубокого и всестороннего рассмотрения деятельности спецслужб Римской империи и Палестины, целей, которые они преследовали, обслуживая интересы своих властителей, развязавших массовый террор в подвластных им регионах» – считает генерал В. Илларионов, подробно исследовавший технику древних спецслужб и пришедший к выводу о том, что все современные технологии, кроме технических инноваций, древним спецслужбам были широко известны, и применялись в полной мере.

Каиафа спросил Христа: "заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий?" И только на этот вопрос Иисус Христос ответил: "Да, Я, и даже говорю вам: отныне увидите Сына Человеческого, сидящего одесную силы Божией и грядущего на облаках небесных". Тогда Каиафа разодрал одежды свои (в знак негодования и ужаса) и сказал: "на что еще нам свидетелей? Вот, теперь вы слышали Его богохульство (т. е. что Он, будучи человеком, назовет Себя Сыном Божиим)? Как вам кажется?" Они же все в один голос сказали в ответ: "повинен смерти". После этого Иисуса Христа отдали до рассвета под стражу. Некоторые начали плевать Ему в лицо. Люди, державшие Его ругались над Ним и били Его. Другие же, закрывая Ему лицо, ударяли по щекам и с насмешкой спрашивали: "прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?" Все эти оскорбления Господь претерпел безропотно в молчании.

Когда Иисуса Христа увели на суд к первосвященникам, Петр остался за воротами. Слуги три раза спрашивали его, не был ли и он со Христом. И каждый раз Петр отрицал, что знает Христа. На третий раз он начал клясться и божиться: "не знаю этого Человека, о Котором говорите". В это время запел петух, и вспомнил Петр слова спасителя: "прежде чем пропоет петух, ты трижды отречешься от Меня». Стыд и раскаяние овладели им и, вышедши вон со двора, он горько заплакал о своем тяжком грехе.

В Великий Четверг начинаются приготовления к Пасхе. В народе существует немало поверий и суеверий, связанных с днем Великого Четверга. Кандидат богословия диакон Андрей Кураев комментирует: Чистый Четверг не потому Чистый Четверг, что в этот день делают баню или промывают мебель от пыли, а потому что люди приходят, исповедуются и причащаются. Великая Суббота - это отнюдь не просто время предпраздничной суеты, а это время сокровенного молчания о тайне Бога, сошедшего во ад ради нас. И, конечно, Великая Пятница - это опять же не время поездок на кладбище или закупок водки, а это время, когда христианин, по возможности, весь день должен провести в храме, в созерцании Христа, Его страданий, памятуя, что, вообще-то, это не римляне и не древние евреи забили гвозди в руки Христа, а грехи каждого из нас".

Утром, на Божественной Литургии, храмы переполнены: в этот день все православные причащаются Святых Христовых Таин. В конце 19 в., когда были утрачены традиции церковной литургической жизни и причащались только раз в год, великий Четверг был единственным днем в году, когда к Чаше приступала практически вся Русь.

В этот же день начинаю красить пасхальные яйца. Обычай дарить друг другу на Пасху крашеные яйца появился еще в 1 веке от Рождества Христова. Церковное предание гласит, что в те времена было принято, посещая императора, приносить ему дар. И когда бедная ученица Христа, святая Мария Магдалина пришла в Рим к императору Тиверию с проповедью веры, то подарила Тиверию простое куриное яйцо.

Тиверий не поверил в рассказ Марии о Воскресении Христа и воскликнул: "Как может кто-то воскреснуть из мертвых? Это так же невозможно, как если бы это яйцо вдруг стало красным". Тут же на глазах императора свершилось чудо – яйцо стало красным, свидетельствуя истинность христианской веры. Об этом сообщает

В апостольском чтении изображены как установление таинства, так и цель его и достойный образ приготовления к нему и принятия его. Евангелие повествует об обстоятельствах, предшествовавших, сопровождавших и последовавших за Тайной вечерею, и выбрано из повествований святых евангелистов Матфея, Луки и Иоанна.

Созерцая Спасителя уже в последние пред страданиями минуты, Святая Церковь в своих песнопениях глубоко соскорбит и сострадает Ему, но, зная, Кто этот Страдалец и зачем и за кого Он идет на смерть, Святая Церковь дает не менее места и чувству благоговейной любви к Грядущему на вольные страсти и благодарного прославления Его.

С особенной силой желая выразить негодование к козням иудейским и вероломству Иудину, с одной стороны, и благоговейное преклонение пред долготерпением Спасителя - с другой, Святая Церковь восклицает: «Стекается прочее соборище иудейское, да Содетеля и Зиждителя всяческих Пилату предаст; о беззаконных! о неверных! яко Грядущаго судити живым и мертвым, на суд готовят: исцеляющаго страсти, ко отрастем уготовляют: Господи долготерпеливо! велея Твоя милость, слава Тебе!»

Евангельское чтение этого дня - особое, составленное из описаний Тайной Вечери всеми четырьмя евангелистами.

«Херувимская песнь» и причастные стихи заменяются пением следующей молитвы: «Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя прими: не бо врагом Твоим тайну повем, ни лобзания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем».

страстная среда

butterfly — Mon, 29 Mar 2010 04:00:01 GMT

Евангелие от Матфея

Когда же Иисус был в Вифании, в доме Симона прокаженного, приступила к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного и возливала Ему возлежащему на голову. Увидев это, ученики Его вознегодовали и говорили: к чему такая трата? Ибо можно было бы продать это миро за большую цену и дать нищим. Но Иисус, уразумев сие, сказал им: что смущаете женщину? она доброе дело сделала для Меня: ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда имеете; возлив миро сие на тело Мое, она приготовила Меня к погребению; истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала. Тогда один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать серебренников; и с того времени он искал удобного случая предать Его.

Мф. 26, 6-16

Толкование на святого евангелиста Матфея

В то время, как все прочие жены приходили только за получением исцеления телесного, она (грешница) пришла исключительно за тем, чтобы воздать честь Иисусу, и получить душевное исцеление. Она не имела никакого повреждения в теле, и потому особенно всякий должен ей удивляться. И не как к простому человеку подходит она к Иисусу, - иначе не отерла бы своими власами ног Его, - но как к такому лицу, которое выше человека. Поэтому и принесла к ногам Христовым главу свою, часть тела, которая драгоценнее всего тела...

Они (ученики) слышали, как Иисус говорил: милости хочу, а не жертвы, и порицал иудеев за то, что они оставляли важнейшее - суд и милость и веру, как на горе разсуждал с ними о милостыне, и из всего этого выводили заключение и разсуждали друг с другом: если не допускает всесожжений и древнего богослужения, то тем менее допустит помазание елеем. Но так думали ученики, Иисус же, видя мысли жены попускает ей приблизиться. И, так как благоговение ее было велико и усердие невыразимо, то Он, по величайшему снисхождению Своему, позволил ей излить миро на главу Свою. Если Он не отказался соделаться человеком, был носим во чреве, питался млеком, то чему удивляться, если и этого не отвергает? Как Отец Его принимал курение и дым, так и Он принял блудницу, одобряя, как я прежде сказал, ее расположение...

Умолчано о подвигах бесчисленных царей и полководцев, которых памятники еще сохранияются; неизвестны ни по слуху, ни по имени те, которые построили города, соорудили стены, одержали победы на войнах, воздвигли трофеи, покорили многие народы, хотя они и поставили статуи и издали законы; но то, что жена блудница излила елей в доме некоторого прокаженного в присутствии десяти мужей, все воспевают во вселенной. Прошло столько времени, а память об этом событии не истребилась; и персы, и индийцы, и скифы, и фракияне, сарматы, и племя мавров, и жители Британских островов повествуют о том, что сделала жена блудница в Иудее - тайно, в доме. Велико человеколюбие Господа! Он принимает блудницу, блудницу лобызающую ноги, возливающую елей и отирающую власами, принимает и упрекает тех, которые обвиняют ее...

Иуда не тронулся этим и не убоялся, когда услышал, что Евангелие будет проповедано повсюду (а сказанное заключало в себе не выразимую силу); тогда как жены, и жены блудницы, оказывали такую честь Иисусу, он совершал диавольское дело... Вот какое великое зло сребролюбие! Оно именно сделало Иуду и святотатцем, и предателем. Услыште все сребролюбцы, страждущие болезнию Иуды, - услыште и берегитесь этой страсти. Если тот, кто находился со Христом, творил чудеса, пользовался таким учением, низвергся в такую бездну от того, что не был свободен от этой болезни, то тем более вы, не слышавшие даже Писания и всегда прилепляющиеся к настоящему, удобно можете быть уловлены этою страстию, если не будете прилагать непристанного попечения. Иуда ежедневно находился с Тем, Кто не имел, где главы преклонить, ежедневно был научаем делами и словами тому, что не должно иметь ни золота, ни сребра, ни двух одежд, - и при всем том не вразумился. Как же ты надеешья избежать этой болезни, когда не употребляешь сильного врачевания и не прилагаешь сильного старания? Ужасен, по истине ужасен этот зверь. Впрочем, если захочешь, легко победишь его. Это не есть похоть врожденная, как то доказывают освободившиеся от нее. Естественные влечения всем общи; а эта похоть происходит от одного нерадения; от него рождается, от него возрастает, и когда уловит пристрастных к ней, заставляет их жить противоестественно. В самом деле, когда они не признают единоплеменников, друзей, братьев, сродников, словом - всех, а с ними вместе не знают и самих себя, то не значит ли это жить противоестественно? Отсюда ясно, что противоестественна и злоба, и болезнь сребролюбия, подвергшись которой, Иуда сделался предателем. Как же он сделался предателем, спросишь ты, когда призван Христом? Бог, призывая к Себе людей, не налагает необходимости, и не делает насилия воле тех, которые не желают избрать добродетели; но увещевает, подает советы, - все делает и всячески старается, чтобы побудить их сделаться добрыми; если же некоторые противятся этому, Он не принуждает. Если ты хочешь узнать, отчего Иуда сделался таким, то найдешь, что он погиб от сребролюбия. Отчего же, спросишь, он уловлен этою страстию? Отого, что был безпечен. От безпечности происходят такие перемены, тогда как от ревности происходят перемены противоположные...

Все это сказано мною для того, чтобы показать, что если мы будем бодрствовать, то никто не может сделать нам вреда, и что не от бедности, а от нас самих бывает нам вред. Поэтому умоляю вас всеми силами истреблять болезнь сребролюбия, чтобы нам и здесь сделаться богатыми, и насладиться вечными благами, которых да сподобимся все мы благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава во веки веков. Аминь.

Святитель Иоанн Златоуст